«Девка-семилетка». Возрастное посвящение

Ко взятой в работу песне о девке-семилетке и загадках — необходимо довольно глубокое пояснение. Хорошо и емко
по этому вопросу написал Шевцов в книге «Мир Тропы» (хотя в остальном книгу стоит изрядно фильтровать)). Приведем отрывок:

Когда-то в детстве я слышал, как моя бабушка пела песню про «Девку-семилетку». Я вспомнил об этом только очень много лет спустя, когда ее спели однажды Дядька и его жена тетя Нюра. Пели они ее не совсем так, как звучала она у меня в памяти, а сейчас на Тропе ее поют тоже по-другому. Очевидно, песня бытовала очень широко, почему и известно так много разночтений. Чтобы было понятно, о чем речь, я приведу текст, близкий к тому, что пели они. Для начала разговора я воспользуюсь самым кратким из найденных мною вариантов.
Это из собрания Шейна «Великорус в своих песнях, обрядах, обычаях, верованиях, сказках, легендах и т.п.»:

Как по мосту, по мосточку
Шла девка семилетка,
За девушкой сын купецкой:
«Постой, девка семилетка,
Загадаю три загадки,
Изволь девка отгадати:
А что ростет без кореньев?
А что цветет без алаго цвету?
А что шумит без буйнаго ветру?
— Растет камень без кореньев,
Шумит вода без буйна ветру,
Цветет сосна без алаго цвету [8, с. 213, N8470; 813].

— Это, наверное, самая старая песня, которую я помню,- сказал я, вспоминая бабушку, когда песня отзвучала. Дядька не упустил возможности «запрячь меня в работу» и тут же спросил:
— А о чем она?
— О деревенской жизни, наверное…- не очень уверенно ответил я.
С этого и начался разговор об очевидностях.
Для полноты понимания мне придется добавить к песне недостающие в этом варианте куски. У того же Шейна другая запись заканчивается словами:

«Отгадала ты, девица, отгадала,
Уж и быть за мною, быть моей женою».

Этот вариант записан Афанасьевым, и открывает в сборнике Шейна раздел «Песни-загадки», вероятно, из-за своей эпичности, а значит, вероятной древности. Есть смысл привести его [8, с. 213, N8470; 812]:

«Загадать ли тебе, девица, шесть загадок?»
— Отгадаю, сын купеческий, хоть десяток.
«Уж и что это, девица, краше лета?
Уж и что это, девица, выше леса?
Уж и что это, девица, чаще рощи?
Уж и что это, девица, без коренья?
Уж и что это, девица, без умолку?
Уж и что это, девица, без ответу?»

— Краше лета, сын купеческий, красно солнце,
Выше леса, сын купеческий, светел месяц,
Чаще рощи, сын купеческий, часты звезды,
Без коренья, сын купеческий, крупен жемчуг,
Без умолку, сын купеческий, течет речка,
Без ответу, сын купеческий, судьба Божья.

Что сразу бросается в глаза — это стилистическое и смысловое сходство с духовными стихами и «Голубиной книгой». Я бы уточнил это мое ощущение словами составителей сборника русских народных духовных стихов XI-XIX веков «Голубиная книга» Солощенко и Прокощина: «Многие из «первообразов» древних духовных стихов наверняка не сохранились. Традиция отбирала и шлифовала лишь то, что в любых условиях жизни отвечало не всегда осознаваемой потребности в вечных ценностях» [9].

Как проговорит Володемир князь,
Володемир князь Володемрович:
«Ино ой же еси, сударь,
«Перемудрый царь Давыд Евсеевич!
«Ты скажи-ка-ся нам, проповедывай:
«Отчего зачался у нас белый свет,
«Отчего зачалось солнце красное,
«Отчего зачался светел месяц,
«Отчего зачались зори ясныя,
«Отчего зачались звезды частыя,
«Отчего зачались дожди сильные,
«Отчего зачались ветры буйные?»

Я привожу этот отрывок из Бессоновских «Калек перехожих» по книге Федотова «Стихи духовные» [10].

Чей поиск выше, для меня совершенно неважно, и язычество для меня здесь лишь символ древности этого поиска. Ясно одно, вопрос об устройстве Мира — отнюдь не привилегия интеллигенции. Он был органично присущ самой русской народной культуре. И второе — вопрос этот, похоже, не был умозрительным философствованием на досуге. Есть основания считать, что он был прикладным на уровне устроения сельской общины!

Для того чтобы это доказать, мне придется привести еще тексты. Во-первых, в некоторых вариантах песни о «Семилетке» вместо купеческого сына появляется совсем другой человек — старик (привожу этот отрывок на память):

По муравце по зеленой
Бяжит девка-семилетка,
А за нею старый дедка.
«Постой, девка-семилетка,
Загадаю три загадки.
Отгадаешь — умна будешь,
Не сгадаешь — дура будешь!»

Во-вторых, нам придется заглянуть еще и в мир «неразрешимых или трудных задач»:

В реке девка платье мыла,
Звонко колотила,
Звонко колотила,
Сухо выжимала.
«Душечка молодчик!
Сошей мне башмачки
из желта песочку.»
— Кралечка девица!
Напряди-ка дратвы
из дождевой капли.
«Душечка молодчик!
Сошей-ко мне платье
Из макова цвету,
Прострочи-ко строчку,
Не прорви листочку.»
Кралечка девочка!
Напряди-ка ниток
Из белова снегу [8, с. 215, N8470;.-819].

То же самое мы видим в сказках про «Семилетку», которая отвечает на все неразрешимые задачи царя подобными же ответами и становится «умной», то есть царицей. Но это не единственные сказки об испытаниях семи-восьмилетних девочек. Я потому и использовал слово Мир, говоря о трудных задачах, что весь фольклор буквально наполнен этим и в отношении мальчиков, и в отношении девочек. Начиная с духовного стиха о Егории Храбром и кончая Афанасьевской «Василисой Прекрасной», все говорит нам о том, что русский крестьянский мир обладал своей вполне осознаваемой и глубоко разработанной педагогической системой, очевидно, уходившей корнями в древние инициации или институты жреческого ученичества типа ведической Упанаяны.
Память о ней со временем разрушалась, и все виды переходных испытаний постепенно смешались в народном представлении в нечто единое. При этом мы явно видим в этих сказках и песнях два вида испытаний для девочек: испытания совершеннолетних и испытания семилеток. Признанные совершеннолетними выходят замуж. Подобные обряды и ритуалы описаны достаточно подробно. Но семилетних замуж не выдавали. Значит, в этих песнях и сказках о семилетках следы еще одного обряда-испытания. О чем же песня?

Это было давно и очень для меня сложно. Я не в состоянии вспомнить точно слова Дядьки и частенько вынужден буду передавать его мысли своими словами. Но с чего началось, я помню точно:
— Как по-твоему, почему девка будет дурой?- спросил он меня.
Я даже пришел в замешательство, настолько ответ казался очевидным:
— Но там же все сказано… Не отгадаешь…- я пожал плечами и развел руки.
— Как на экзамене?- подмигнул он мне.- Не ответил, оценки плохие — значит, не умен?
— Ну, в общем, да.
— А не обидно?- задал он вопрос, которым снова поставил меня в замешательство.- Что? Все справедливо? Хорошие оценки, значит, умный, плохие — дурак.
— В общем, да,- повторил я.
— Ты действительно дурак. Ты путаешь причину и следствие. Если ты дурак, то у тебя будут плохие оценки. А сами оценки к тебе не имеют отношения, оценки — это не твое качество!
Я согласился.
— Так с какой стати девка будет дурой, если не ответит на вопросы?
— Ну да! Если она умная,- обрадовался я новому пониманию,- так она умная — ответит или нет! А если дура, так дура!

— Да, но там не хватает одного слова. Он его выпустил. Просто потому, что всем, кто тогда был рядом, все было и так ясно. Для всех своих это очевидно, а для нас теперь непонятно. Какое слово он выпустил?- он подождал, ожидая от меня ответа, потом сказал сам.- Не сгадаешь, дурой будешь счи-тать-ся!
— Считаться…- непроизвольно повторил я за ним и тут же спросил.- Кем?
— Вот это вопрос! Это уже хороший вопрос! А как по-твоему?
Я отрицательно помотал головой — ответ был на языке, но как-то расплывался, и я не мог найти точного слова.
— Всеми своими,- выручил меня Дядька,- Наши должны знать такие вещи, как «Отче наш»! Знаешь, что сделало нас людьми? Не речь и не прямохождение. Свойство! Не будь свойства, мы могли бы быть зверьми или богами… ну хотя бы святыми — это же тоже не люди — но мы сделали выбор! Мы должны быть такими же, как все наши — люди. Это страшный выбор, не выберешь правильно — и тебя убьют. Хотя бы затравят. Свои имеют право убивать чужих. В этом суть свойства. Вовсе не во взаимовыручке. А тайна свойства… у свойства есть тайна! Тайна свойства в ее ответах. Ты обратил внимание, как легко она отвечает? Что ростет без кореньев? Камень! Для тебя камень ростет без кореньев? Нет, не ростет. Он для тебя вообще не ростет. А для нее ростет!
Теперь ведь даже дерево не так растет, а когда-то и камень был живым. Думаешь, почему бабам не велят на камнях сидеть? Брюхо надуть может,- он засмеялся. — Ты присмотрись, как она отвечает. Для тебя камень растет?
-Нет.
— Это очевидно! А для нее?
— А для нее очевидно, что растет!
— Так что за экзамен он ей устраивает?
— Похоже, он проверяет, знает ли она очевидные вещи…- еще не совсем уверенно ответил я.
— Да!- подхватил Дядька,- Вот это и есть тайна свойства. Свои — это те, кто живет в одном мире, в нашем мире. А это значит, видят мир одинаково.

(Конец цитаты из Шевцова)

Таким образом, возрастное посвящение в этом возрасте проверяет усвоение картины мира. Но не только, конечно. Из сказок мы знаем, что девочек подобного возраста также испытывают на хозяйственные навыки (у Бабы Яги, Морозка и др.). У мальчиков же (по моим сведениям, навскидку) больше упор на физическую выносливость и преодоление экстремальных условий — терпение боли, лишений, страха, сдержание слова.

В другом подвиде текстов об испытаниях или загадках парень испытывает девушку, и наградой служит замужество. То есть, это уже следующая возрастная ступень.

Кстати, мне известные варианты приурочены календарно: один к Вождению стрелы (Пасха-Вознесение), другой — хороводный, а значит, тоже весна. Это может говорить о том, что упомянутые испытания исконно проводились именно в это время года… По крайней мере, известные в этнографии смотры девушек-невест действительно приурочены именно сюда!

========== Вам отозвалось? Поделитесь важным с друзьями:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.